1.866.000

Совокупная аудитория бренда,
Publisher’s statement, Google Analytics, февраль 2019, Данные социальных сетей на 28 февраля 2019 года

Контакты

Главный редактор

Ксения Соловьева

Издатель

Анна Пчелкина

Бренд-директор

Анастасия Гончарова

Директор по рекламе

Елена Рунг

Старший менеджер по рекламе

Ксения Куджиа

Менеджер по рекламе

Наталья Логинова

Менеджер по рекламе

Альбина Миллибаева

Координатор по рекламе

Виктория Кащеева

Менеджер по рекламе

Диана Малюкова

Ирина Прохорова — о королевском достоинстве

РАЗДЕЛ: TATLER

ТЭГИ: Tatler

Колумнист Tatler и директор фонда Михаила Прохорова Ирина Прохорова рассказывает историю о том, что формула «короля делает свита» уже давно не работает.

из

«Вам меняют самолет», – сообщили уже перед самым вылетом.

Новость эта мало кого обрадовала. Но когда все увидели новый борт, настроение не то что испортилось совсем, некоторые вообще подумали: не лучше ли остаться в Москве? Среди них была и моя подруга Аня. Но остаться Аня никак не могла, ее очень ждали. И она взошла по трапу как на Голгофу. С тоской оборачиваясь и мысленно прощаясь с жизнью.

Однако по порядку.

Аня тогда была главным куратором культурного форума в Красноярске. Форум намечался серьезный, международный, все на высшем уровне. Конечно, Аня должна была лететь на открытие, вместе с группой солидных товарищей из Москвы. Всем купили билеты в бизнес-класс.

Они сидели в вип-зале, мило болтали, когда пригласили на посадку.

И вот, уже по дороге к самолету, выяснилось: с их бортом какая-то неполадка, посадят в другой.

Этот другой возил, кажется, еще бабушку Ани. Когда та была юной. Самый точный эпитет – обшарпанный. Странно, что он вообще мог взлететь.

Аня и коллеги застыли у трапа. Все думали об одном. Но их тревожные мысли прервал резкий окрик:

– Поднимаемся! Не толпимся у трапа! Быстрей!

Это была стюардесса. Крепкая тетенька, еще советской закалки. Из тех, кто «вас много, а я одна».

Аня и коллеги понуро зашли в самолет. Пути назад не было: всех ждали в Красноярске.

Внутри оказалось еще страшнее: кресла с драной обивкой, заляпанные круглые иллюминаторы, ужасная духота. Ане досталось место рядом с аварийным выходом. Дверь была помятой, и было очевидно, что ей уже пользовались.

Все расселись в траурном молчании. Но тут опять раздался голос стюардессы:

– Все, что ли? Так, а это еще кто?

В самолет быстро вошла запыхавшаяся женщина в невзрачном пальто. С улыбкой стала показывать стюардессе бумажки и что-то говорить по-английски, но та не понимала ни слова. Кроме слова Krasnoyarsk.

– Ладно, ясно! – оборвала ее стюардесса. – Вон туда быстро садитесь! Да не сюда, тут ремень сломан!