2.833.000

Совокупная аудитория бренда,
Publisher’s statement, Google Analytics, декабрь 2019, Данные социальных сетей на 9 января 2020 года

Контакты

Главный редактор

Ксения Соловьева

Издатель Vogue & Tatler

Анна Пчелкина

Директор по рекламе

Елена Рунг

Бренд-менеджер

Ксения Куджиа

Менеджер по рекламе

Наталья Логинова

Менеджер по рекламе

Альбина Миллибаева

Координатор по рекламе

Виктория Кащеева

Менеджер по рекламе

Диана Малюкова

Ирина Прохорова — о королевском достоинстве

РАЗДЕЛ: TATLER

ТЭГИ: Tatler

Колумнист Tatler и директор фонда Михаила Прохорова Ирина Прохорова рассказывает историю о том, что формула «короля делает свита» уже давно не работает.

из

«Вам меняют самолет», – сообщили уже перед самым вылетом.

Новость эта мало кого обрадовала. Но когда все увидели новый борт, настроение не то что испортилось совсем, некоторые вообще подумали: не лучше ли остаться в Москве? Среди них была и моя подруга Аня. Но остаться Аня никак не могла, ее очень ждали. И она взошла по трапу как на Голгофу. С тоской оборачиваясь и мысленно прощаясь с жизнью.

Однако по порядку.

Аня тогда была главным куратором культурного форума в Красноярске. Форум намечался серьезный, международный, все на высшем уровне. Конечно, Аня должна была лететь на открытие, вместе с группой солидных товарищей из Москвы. Всем купили билеты в бизнес-класс.

Они сидели в вип-зале, мило болтали, когда пригласили на посадку.

И вот, уже по дороге к самолету, выяснилось: с их бортом какая-то неполадка, посадят в другой.

Этот другой возил, кажется, еще бабушку Ани. Когда та была юной. Самый точный эпитет – обшарпанный. Странно, что он вообще мог взлететь.

Аня и коллеги застыли у трапа. Все думали об одном. Но их тревожные мысли прервал резкий окрик:

– Поднимаемся! Не толпимся у трапа! Быстрей!

Это была стюардесса. Крепкая тетенька, еще советской закалки. Из тех, кто «вас много, а я одна».

Аня и коллеги понуро зашли в самолет. Пути назад не было: всех ждали в Красноярске.

Внутри оказалось еще страшнее: кресла с драной обивкой, заляпанные круглые иллюминаторы, ужасная духота. Ане досталось место рядом с аварийным выходом. Дверь была помятой, и было очевидно, что ей уже пользовались.

Все расселись в траурном молчании. Но тут опять раздался голос стюардессы:

– Все, что ли? Так, а это еще кто?

В самолет быстро вошла запыхавшаяся женщина в невзрачном пальто. С улыбкой стала показывать стюардессе бумажки и что-то говорить по-английски, но та не понимала ни слова. Кроме слова Krasnoyarsk.

– Ладно, ясно! – оборвала ее стюардесса. – Вон туда быстро садитесь! Да не сюда, тут ремень сломан!