Gentlemen's Quarterly: искусство быть мужчиной

«Я еще не знаю, что именно сотворит режиссер Баз Лурманн с романом «Великий Гэтсби», шестая по счету экранизация которого выходит в прокат 16 мая (в том числе и в 3D). Но по крайней мере один правильный выбор он уже сделал: саундтрек к фильму написал рэпер Джей-Зи. И не потому, что Гэтсби тоже зовут Джей. Дело в том, что загадочный нувориш, покоривший высший свет Лонг-Айленда своими декадентскими субботними балами, – не только ключевой персонаж американской литературы, но и полноправная икона хип-хопа. «Мне говорят, что я велик, как Гэтсби», – читает Black Thought в одной из песен The Roots, а Aesop Rock в какой-то момент призывает «зажигать на пляже, как Джей Гэтсби». Пи Дидди построил с антигероя Фицджеральда весь свой имидж середины нулевых, перейдя­ с треников на тройки, наняв дворецкого и закатывая на Лонг-Айленде безумные летние балы (на одном из которых, например, по залу носили рукопись Декларации независимости 1776 года). «Вы читали «Великого Гэтсби»?» – покровительственно спросил его британский репортер. «Читал? Я – это он и есть», –ответил Дидди. В 2002 году вышла даже «черная» киноверсия «Гэтсби» под названием, разумеется, G; что забавно, спродюсировал ее сын Ральфа Лорена, Эндрю Лорен, не понаслышке знакомый с попытками нацменьшинств пробиться в высший свет Восточного побережья. А двумя годами раньше на свет появилась книга, автор которой продвигал любопытную теорию: что в самом фицджеральдовском романе якобы закодирован ряд подсказок, что Гэтсби – темнокожий. 

Все это, конечно, ерунда. Гэтсби – россиянин. События последних двадцати с лишним лет превратили исходный текст из великого американского романа в полноправный русский, точнее, русский роман, который никто почему-то еще не написал, хотя тема лежит на поверхности. Где наш Ник Каррауэй (Николай­ Караваев)? Мучительное превращение новых денег в старые – один из главных и самых интересных процессов постсоветской жизни, но освещается он по-прежнему только в таблоидном либо анекдотическом ключе. Меж тем двадцатилетняя метаморфоза условного малинового пиджака с гербом клуба, в который владелец пиджака не только не приглашен, но и название которого не способен произнести, в безупречный костюм с Сэвил-роу, а того, в свою очередь, в роковые водолазку и шарф – здесь и тайна, и трагедия, и фарс. 

В финале Джей Гэтсби, как известно, оказывается захолустным фермером по имени Джеймс Гац, идеально выучившим манеры общества, в которое влился не без помощи еврейских гангстеров (опять же параллели). Но гений новых Гэтсби от хип-хопа, таких как Джей-Зи, – в том, что, входя в высший свет, они умеют смешивать мимикрию с маскарадом. «Белые балы» Дидди были и честным оммажем старому Лонг-Айленду, и пародийным, триумфаторским нуворишеством, призывающим аристократию расслабиться. Российский же капитал, по возрасту сравнимый с капиталом хип-хопа, пока застрял в режиме Гаца – то есть на этапе старательного копирования, что по сравнению с девяностыми неплохо, но по большому счету не очень интересно. (Кроме того, то же самое еще более успешно делают китайцы.) Было бы здорово, если бы на следующем витке интеграции русских денег в мировые эта чопорность разбавилась баз-лурманновским чувством осознанного трэш-спектакля. Черный Гэтсби у нас уже есть; теперь нужен белый Дидди.», – говорит главный редактор Михаил Идов.

Дел навалом Обстоятельное интервью Кермлина с Алексеем Навальным.
Железо в крови Если вдруг тебе невмочь, мы не просим дважды – уходи скорее прочь, здесь куют металл. Речь о Роберте Дауни–младшем. 
Жена солдата Актриса Морена Баккарин оказывает горячий прием не только сержанту Броди, но и нам с вами. 
Истязание и побои Садомазохистские поветрия нашли отражение и в нашем журнале. 
Сезон охоты Есть такие люди – догхантеры. Как им живется, узнал наш корреспондент. 
Кто такая Элис? Английская актриса Элис Ив в новом «Стартреке». 
Реанимируя комиксы Путные рисованные истории, которые удостоены чести быть экранизированными. 
Телевидение В «Замедленном развитии». 
Классика Вынесли Верди. 
Театры Берем хороший киносценарий и адаптируем для сцены.
Наука фестивалить Пять мест с музыкой, но без палаток и комаров.